Муж на удалёнке: секс под столом во время совещания

Утро началось с того, что мой благоверный, нацепив на себя серьёзное лицо, объявил: сегодня он работает из дома. То есть весь день будет сидеть в кабинете, гудеть в микрофон и изображать из себя незаменимого сотрудника. А я, стало быть, должна ходить на цыпочках, не греметь кастрюлями и вообще вести себя как приличная жена приличного менеджера.

Ага. Разбежался.

Я, если честно, люблю такие дни. Потому что в них появляется хоть какая-то интрига. Пока Всеволод на совещании, я успеваю соскучиться, придумать себе развлечение, а потом он выходит из кабинета с квадратными глазами и не понимает, как это его скромная Люсьена успела превратиться в исчадие разврата.

В общем, проводила его в кабинет, помахала ручкой, дождалась, пока защёлкнется дверь и загудит его голос в наушниках. Всё, подумала я, представление начинается. Для начала прошагала мимо кабинета туда-сюда в одной футболке и трусах — нарочно топая пятками по паркету. Никакой реакции. Ладно.

Заварила кофе, села на диван напротив приоткрытой двери, закинула ногу на ногу и принялась листать телефон. Ноль внимания. Слышу только, как он там бубнит: «коллеги, давайте зафиксируем договорённости». Фиксируй, милый, фиксируй.

Тогда я встала, потянулась так, чтобы футболка задралась до пупка, и поплыла к нему. Заглянула в кабинет: он сидит, весь такой деловой, в рубашке, наушники на башке, глаза в монитор. Я пристроилась на подлокотник кресла, положила руку ему на плечо — и вот тут он наконец меня заметил. Глазами стрельнул: мол, не сейчас, занят.

А я улыбнулась, наклонилась к его уху и шепнула одними губами: «Даже не заметишь». И сползла вниз, под стол.

Вот тут его голос в микрофоне дрогнул. Кажется, кто-то на том конце спросил, всё ли в порядке. А мой муж, надо отдать ему должное, нашёлся: «Да, коллеги, просто… кошка под столом», — и закашлялся.

Кошка. Ну да, кошка. Сейчас эта кошка покажет ему, где у него коленки.

Я устроилась у него между ног, прямо на ковре, и первым делом занялась делом: расстегнула молнию на его домашних штанах. Медленно так, зубчик за зубчиком, чтобы треск был слышен только мне. Володя напрягся всем телом, но голос в микрофон выдавил ровно: «Продолжайте, я слушаю». Молодец, держит марку.

Достала его хозяйство — оно уже стояло, бедолага, каменное, видно, от одной только мысли, что я внизу. Я подула на головку, легонько так, без рук. Сверху донеслось сдавленное «мгм», и я поняла, что совещание на той стороне резко стало интереснее.

Взяла в рот не спеша, только головку, и замерла. Слышу, как он пытается формулировать мысль про квартальный отчёт, а сам одной рукой уже нашаривает мою макушку под столом. Нашёл, погладил, вцепился в волосы — и тут же одёрнул себя, положил ладонь обратно на стол. Ага, значит, играем по правилам, подумала я. Ну посмотрим, кто кого.

Принялась работать языком: то медленно, то быстрее, то по стволу вниз, то обратно к головке. Он всё это время рассказывал что-то про логистику и сроки. Голос у него плыл, как радио на плохой волне: то нормально, то вдруг срывается на полуслове. Кто-то из коллег, видимо, спросил про самочувствие, потому что он ответил: «Всё в порядке, просто… не выспался». Не выспался он. Я чуть не прыснула прямо на член.

Решила добавить перцу: взяла его руку и положила себе на затылок, чтоб держал. Он не сразу понял, а когда понял — сжал пальцы и уже не отпускал. Слышу, как он там наверху пытается не мычать, а совещание идёт своим чередом, и кто-то даже что-то важное докладывает про дедлайны.

И тут я пошла на всё: заглотила глубоко, до упора, как меня эти самые «поклонники» когда-то учили. Володя дёрнулся так, что кресло скрипнуло. В наушниках у него, видимо, повисла пауза, потому что он вдруг быстро проговорил: «Прошу прощения, коллеги, у меня связь пропадает. Давайте я вам письмом».

И снял наушники, откинулся в кресле и выдохнул так, будто целый день мешки таскал.

— Ты… — только и сказал он, глядя на меня сверху вниз. — Ты понимаешь, что я чуть не сказал «да, я кончаю» вместо «да, я согласен»?

Я вытащила его изо рта, вытерла губы тыльной стороной ладони и невинно захлопала ресницами.

— Ну так надо было говорить «да, я согласен». Ты же у нас дипломат.

Он хотел что-то возразить, но я уже поднялась с колен, сняла футболку через голову и осталась в одних трусах. Володя, забыв про совещание, уставился на меня, как дитя на мороженое в жару. А я, не давая ему опомниться, повернулась спиной, стянула трусы до щиколоток, перешагнула и уселась к нему на колени — лицом к лицу, точнее, к его лицу. Спиной к монитору.

— У тебя камера включена? — спросила я, устраиваясь поудобнее.

— Нет, я… я её выключил, — пробормотал он.

— Зря, — вздохнула я и повела бёдрами.

Он вошёл в меня быстро, даже слишком, я ойкнула и вцепилась ему в плечи. Кресло под нами жалобно скрипнуло. Володя попытался привстать, мол, неудобно, давай на стол, но я придавила его обратно.

— Сиди. Ты же работаешь.

И поехала. Медленно сначала, чтобы привыкнуть, а потом всё быстрее, опираясь ладонями на его грудь. Рубашка на нём была застёгнута, и это почему-то заводило ещё больше — весь такой официальный, при галстуке почти, а я на нём скачу, как ненормальная. Володя задрал голову, замычал и попытался поймать мой ритм, но я была сегодня главной.

— Тише, — шикнула я. — Услышат же. Ты на работе вообще-то.

Он зажал себе рот ладонью. А я засмеялась — тихо, в шею ему — и ускорилась. Кресло уже не скрипело, а стонало вместе с ним. Хорошо, что у нас соседи глухие, подумала я, и эта мысль меня почему-то развеселила окончательно.

Кончила я первой, прямо так, сверху, вцепившись в его плечи ногтями. Володя продержался ещё секунды три и тоже отдался, уткнувшись лбом мне в ключицу. Мы замерли. В кабинете стало тихо-тихо, только компьютер гудел.

И в этой тишине из динамиков его ноутбука отчётливо донеслось:

— Всеволод Андреевич, вы там как? Связь пропала, мы вас ждём.

Мы замерли. Я — с его членом внутри, он — с лицом, прижатым к sexpornotales.me моей ключице. И оба уставились на ноутбук.

— Ты сказал, что камеру выключил, — прошипела я.

— Я и выключил, — прошипел он в ответ. — Это звук. Микрофон.

— А микрофон?!

— Забыл!

Я сползла с него так быстро, что чуть не свалилась на ковёр. Володя заметался, застёгивая штаны одной рукой и нашаривая наушники другой. В динамиках тем временем повторили, уже с ноткой раздражения:

— Всеволод Андреевич, приём. Вы нас слышите?

Он нацепил наушники, откашлялся и выдал голосом человека, который только что пробежал марафон:

— Да, коллеги, прошу прощения. Технические неполадки. Связь барахлит.

Я стояла голая посреди кабинета и беззвучно ржала, зажав себе рот. Технические неполадки. Это я, что ли, техническая неполадка?

— Мы слышали какие-то звуки, — осторожно сказала женская голова в динамиках. — Всё в порядке?

— Всё отлично, — заверил мой муж, и голос у него был такой честный, такой деловой, что я чуть не зааплодировала. — Кошка. Я же говорил. Залезла на стол, сшибла кружку.

— У вас кошка? — удивилась женская голова.

— Завёл недавно, — не моргнув глазом соврал Всеволод. — Спасибо, что спросили. Так вот, возвращаясь к логистике…

И он с невозмутимым лицом продолжил совещание. А я, голая, с трусами в руке, на цыпочках выскользнула из кабинета и закрыла за собой дверь.

В коридоре я сползла по стеночке и села прямо на пол, хихикая как дурочка. Ну, кошка. Ну, кружку сшибла. Между ног у меня было тепло и мокро, на губах — его вкус, а в голове крутилась одна мысль: интересно, сколько ещё таких «совещаний» он переживёт, прежде чем окончательно поседеет?