Помочилась в гараже

Гараж стоял в конце улицы, за высоким забором из профнастила. Ворота были открыты наполовину, изнутри тянуло бензином, маслом и холодным металлом. Лена остановила такси у въезда и вышла, прижимая к себе сумку. На ней была короткая куртка, джинсы и кеды — она специально оделась просто, чтобы не выглядеть так, будто приехала «качать права». Машина стояла внутри, уже с новыми колодками и заменённым глушителем, как и договаривались по телефону.

Сергей вышел из смотровой ямы, вытирая руки ветошью. Ему было за сорок, плечи широкие, живот уже обозначился под замасленной футболкой. Лицо обычное, с лёгкой щетиной, глаза чуть прищуренные от постоянного дыма и пыли. Он кивнул ей и махнул рукой в сторону машины.

— Готова. Можешь забирать.

Лена подошла ближе. Машина стояла на подъёмнике, снизу ещё капало масло. Она заглянула под днище, хотя ничего не понимала, потом выпрямилась.

— Сколько с меня?

Он назвал сумму. Она моргнула.

— Мы же договаривались на восемь. Вы сами сказали — колодки и глушитель, без накруток.

Сергей пожал плечами, продолжая вытирать руки.

— Там ещё сайлентблоки пришлось менять. И масло долил. Я тебе вчера писал, ты не ответила.

— Я не видела сообщения, — сказала она. Голос стал тише. — У меня нет таких денег сейчас. Могу оставить задаток и забрать завтра.

Он посмотрел на неё внимательнее. Куртка была расстёгнута, под ней тонкая кофта, джинсы сидели плотно. Волосы собраны в хвост. Она стояла, переминаясь с ноги на ногу, и смотрела то на машину, то на него.

— Завтра я уже закрыт, — сказал он. — И машина мне тут место занимает. Либо платишь полностью, либо оставляешь её до понедельника. А в понедельник цена будет другая.

Лена сжала сумку сильнее.

— Я могу перевести часть прямо сейчас. Остальное в понедельник. Честно.

Сергей кивнул, словно обдумывая. Потом бросил ветошь на верстак и подошёл ближе. От него пахло машинным маслом и сигаретами.

— Есть другой вариант, — сказал он спокойно. — Без денег. Прямо сейчас. Закроем вопрос и заберёшь машину.

Она подняла глаза. В гараже было тихо, только где-то капало. За воротами проехала машина и стихла.

— Какой вариант?

Он не улыбнулся. Просто смотрел на неё сверху вниз — она была ниже почти на голову.

— Разденешься. Я тебя вылижу. Спереди и сзади. Потом ты мне на лицо помочишься. И всё. Машина твоя, ключи отдам, можешь ехать.

Лена стояла не двигаясь. В горле что-то дёрнулось. Она посмотрела на открытые ворота, потом снова на него.

— Вы серьёзно?

— Совершенно, — ответил он. — Никто не заходит. Камер нет. Либо так, либо оставляешь машину. Решай быстро, мне ещё одну тачку до вечера сделать надо.

Она молчала. Пальцы на ремне сумки побелели. Сергей не торопил — стоял рядом, большой, в замасленной футболке, и ждал. Где-то в глубине гаража щёлкнул автомат, и лампа над подъёмником загорелась ярче.

Лена стояла и смотрела на него, не моргая. В ушах звенело от тишины гаража. Слова, которые он только что сказал, не укладывались — они висели в воздухе вместе с запахом масла и холодного бетона. Она открыла рот, закрыла, потом всё-таки выдавила:

— Вы… вы что, издеваетесь?

Сергей не ответил сразу. Он подошёл к воротам, взялся за створку и сдвинул её ещё на полметра, так что улица почти исчезла из виду. Потом вернулся, остановился в двух шагах от неё и сунул руки в карманы рабочих штанов.

— Не издеваюсь. Говорю как есть. Денег у тебя нет, машина тебе нужна. Я предлагаю вариант.

Она сделала шаг назад и упёрлась поясницей в бампер своей машины. Холодный металл прошёл сквозь куртку. В голове крутилось одно и то же: уйти, вызвать такси, оставить машину, позвонить кому-нибудь. Но телефон был в сумке, а он стоял между ней и воротами.

— Я не буду, — сказала она. Голос дрогнул на последнем слове. — Это… это вообще ненормально.

Сергей кивнул, словно ожидал именно этого. Потом достал из заднего кармана мятую пачку денег, отсчитал несколько купюр и положил их на капот, рядом с её рукой.

— Вот. Сверху. К тому, что я с тебя не возьму за работу. Возьми сейчас, если согласишься. Или оставь машину и уходи. Я не держу.

Она посмотрела на деньги. Купюры лежали веером, края загнуты. Сумма была больше, чем она рассчитывала получить за две смены на работе. Лена сглотнула. Во рту пересохло.

— Вы хотите… чтобы я просто стояла? — спросила она тихо. — И всё?

— Не стояла, — поправил он. Голос оставался спокойным, почти деловым. — Снимешь джинсы и трусы. Ляжешь на капот или на сиденье, как удобнее. Я вылижу тебе киску. Потом раздвинешь ягодицы — вылижу задницу. Долго. Пока сам не захочу остановиться. Потом сядешь мне на лицо и помочишься. Прямо в рот, если получится. Или просто на лицо. И всё. Оденешься, возьмёшь деньги и ключи, уедешь.

Он говорил ровно, без улыбки и без угрозы в голосе. От этого становилось хуже. Лена чувствовала, как по спине ползёт холодный пот. Она смотрела на его руки — широкие, с чёрными полосками масла под ногтями — и представляла, как они будут держать её бёдра. В животе что-то сжалось и отпустило.

— А если я откажусь? — спросила она.

— Тогда уходи, — сказал он. — Машину заберёшь в понедельник. Если доживёт. Тут район такой, сами понимаете.

Он отошёл на шаг, давая ей пространство. Деньги остались лежать на капоте. Лампа над ними гудела. Лена стояла, не двигаясь, и слушала, как где-то в глубине гаража капает масло на бетон.

Лена смотрела на деньги ещё несколько секунд. Купюры лежали неровно, одна загнулась от сквозняка. Она протянула руку, взяла их и сунула в карман куртки — быстро, почти не глядя. Пальцы дрожали.

— Только быстро, — сказала она. Голос был неуверенный. — И потом сразу ключи.

Сергей кивнул. Он не стал ничего говорить. Просто подошёл к машине, открыл водительскую дверь и откинул спинку сиденья назад, почти горизонтально.

— Ложись сюда. Так удобнее.

Она обошла капот. Ноги были ватными. Сняла куртку, бросила её на пассажирское сиденье, потом расстегнула джинсы. Молния ехала туго. Она стянула их вместе с трусами до колен и остановилась, стоя в кедах и кофте. Холодный воздух гаража сразу лёг на голую кожу. Между ног было сухо и стянуто.

Сергей смотрел молча. Потом присел на корточки перед открытой дверью и кивнул.

— Сними до конца. И ляг.

Она сняла джинсы и трусы, переступила через них и села на край сиденья. Кожа сиденья была холодной. Она легла назад, как он сказал, колени согнула и развела в стороны. Свет лампы падал прямо между ног. Она смотрела в потолок салона и старалась не думать.

Он придвинулся ближе. Она почувствовала его дыхание — тёплое, с запахом табака — сначала на внутренней стороне бедра, потом ниже. Он не стал трогать руками сразу. Просто провёл языком снизу вверх, медленно, по всей длине. Язык был шершавый, горячий. Лена дёрнулась и сжала пальцы на краю сиденья.

— Не сжимай, — сказал он, не поднимая головы. — Раздвинь сильнее.

Она раздвинула. Он лизнул ещё раз, уже шире, захватывая половые губы, потом нашёл клитор и провёл по нему кончиком языка кругом. Она вдохнула сквозь зубы. Было мокро, скользко и странно тепло. Он не торопился — лизал долго, то широкими движениями, то точечно, иногда всасывая клитор губами и слегка посасывая. От этого внизу живота начало собираться тепло, против воли. Она закусила губу и смотрела в потолок, считая капли масла где-то в глубине гаража.

Сергей оторвался на секунду. Подбородок блестел.

— Теперь попку, — сказал он. — Подними ноги выше. И раздвинь попу руками.

Лена медленно подняла ноги, упёрлась пятками в край сиденья и потянулась руками вниз. Пальцы скользнули по своим ягодицам и раздвинули их. Холодный воздух сразу коснулся ануса. Она закрыла глаза.

Он наклонился ниже. Язык коснулся сначала промежности, потом провёл по самому отверстию — медленно, с нажимом. Она вздрогнула всем телом. Он лизнул ещё раз, уже круговыми движениями, иногда проталкивая кончик внутрь. Было мокро, горячо и стыдно до тошноты. Она чувствовала, как слюна стекает вниз, по коже, и как её собственное тело начинает реагировать — клитор пульсировал, хотя он его больше не трогал.

Сергей лизал долго. Иногда отрывался, сплевывал на бетон и продолжал. Его руки лежали на её бёдрах, большие пальцы вдавливались в мягкую кожу. Лена лежала и дышала часто, стараясь не стонать. В голове было пусто, только жар внизу и холодный пот на пояснице.

Сергей лизал ещё несколько минут, не меняя темпа. Язык то широкими мазками проходился по анусу, то сужался и проталкивался внутрь на сантиметр-полтора, потом снова выходил и облизывал края. Слюна уже стекала по промежности, смешиваясь с её собственной влагой. Лена чувствовала, как клитор набух и пульсирует сам по себе, хотя он его почти не трогал. Каждый раз, когда язык входил глубже, низ живота сжимался короткой горячей волной. Она закусила нижнюю губу так сильно, что почувствовала вкус крови.

Он оторвался. Подбородок и верхняя губа блестели. Он вытерся тыльной стороной ладони и посмотрел на неё снизу вверх.

— Теперь мочись, — сказал он. Голос был хриплый, но спокойный. — Сядь мне на лицо. Или встань над ним. Как удобнее. Только не сдерживайся.

Лена медленно опустила ноги. Колени дрожали. Она села на край сиденья, потом встала. Джинсы и трусы так и лежали на бетоне рядом с кедами. Сергей лёг на спину прямо на пол гаража, между открытой дверью и подъёмником. Голова оказалась почти под ней. Он смотрел вверх, не моргая.

— Давай, — сказал он. — Прямо сюда.

Она переступила через него, поставив ноги по обе стороны от его головы. Стоять было неудобно — бетон холодный. Она присела чуть ниже, так что промежность оказалась в нескольких sexpornotales.me сантиметрах от его лица. От него пахло маслом и её собственной слюной. Лена закрыла глаза и попыталась расслабиться. Сначала ничего не выходило — мышцы сжаты, в животе пусто и холодно от стыда.

Сергей не торопил. Он просто лежал и дышал ей между ног. Тёплое дыхание касалось мокрых половых губ и ануса. Прошла минута, потом ещё. Она почувствовала, как наконец подступает. Струя вырвалась резко, горячая, и ударила ему прямо в рот и на подбородок. Он не отвернулся. Открыл рот шире и ловил. Моча текла по его щекам, в уши, на шею, капала на бетон. Он глотал то, что попало в рот, и продолжал лежать неподвижно, пока струя не ослабла и не превратилась в тонкие капли.

Лена стояла над ним, дрожа. Последние капли упали ему на губы. Он провёл языком по ним, собрал и проглотил. Потом открыл глаза и посмотрел на неё снизу вверх. Лицо было мокрое, волосы на висках прилипли.

— Ещё можешь? — спросил он.

Она покачала головой. Голос не слушался.

Сергей сел. Моча стекала с подбородка на футболку. Он вытер лицо ладонью, потом встал, отряхнул штаны и кивнул на её джинсы.

— Одевайся. Вот ключи. Деньги уже у тебя.

Лена наклонилась, подобрала трусы и джинсы. Ткань липла к мокрой коже. Она натянула их быстро, не вытираясь, потом надела куртку. Руки всё ещё дрожали. Сергей уже стоял у верстака, вытирал лицо чистой ветошью и смотрел в сторону ворот, словно её здесь не было.